Home » Советские Танки » Лёгкие Танки » Легкий танк Т-26

Легкий танк Т-26

 

История создания

Выполняя постановление ЦК ВКП(б) от 15 июля 1929 года «О состоянии обороны СССР», конструкторы приступили к разработке основного танка общевойсковых соединений. По тогдашним понятиям, им должен был стать легкий танк, дешевый в производстве, простой в обслуживании. Образцом послужил приобретенный английский танк «Виккерс 6-тонный», вместе с которым купили лицензию на производство, но не технологию. За год ее разработали, как и всю техническую документацию, и 13 февраля 1931 года легкий танк Т-26 приняли на вооружение, даже не дождавшись изготовления опытного образца.

Он появился в том же году под названием Т ММ-1. По сравнению с английской машиной у него несколько изменили конструкцию корпуса из-за установки двигателя жидкостного охлаждения «Геркулес». Два пулемета «виккерс» с водяным охлаждением стволов находились в двух башнях, а советский ДТ — справа в корпусе. Экипаж состоял из 4 человек. Боевая масса танка доходила до 8т, толщина брони до 13 мм, как на прототипе, а скорость до 30 км/ч. В следующем году появился Т ММ-2 с одной башней для 37-мм пушки. Оба Т ММ не удовлетворили военных, и в производство пустили «Виккерс» с некоторыми изменениями.15 первых машин приняли участие в военном параде 7 ноября 1931 года.

Серийное производство и дальнейшее развитие

 

Начало производства

Для производства Т-26 за отсутствием альтернатив был выбран ленинградский завод «Большевик», до этого занимавшийся выпуском Т-18. Позднее предполагалось подключить к производству и достраивавшийся Сталинградский тракторный завод. Рассматривался и Челябинский тракторный завод, тоже находившийся в процессе строительства. Проектными работами по подготовке производства, а впоследствии и модернизации танка, руководил С. Гинзбург. Первоначально заводу «Большевик» был выдан план на производство 500 Т-26 в 1931 году, позднее это число было сокращено до 300 с выпуском первого танка не позднее 1 мая, но и этой цифры достичь не удалось. Хотя завод ранее выпускал подобными темпами Т-18, новый танк оказался значительно сложнее в производстве. Весной 1931 года занимавшимся Т-26 отделом завода, первоначально состоявшим лишь из 5 человек, были осуществлены только подготовка к производству и изготовление двух эталонных экземпляров танка. К 1 мая были закончены рабочие чертежи, а 16 июня одобрен технологический процесс и начато изготовление оборудования для массового производства.

В июле 1931 года началось изготовление по временной технологии установочной (предсерийной) партии из 10 танков с корпусами из неброневой стали, с широким использованием импортных комплектующих. Конструкция машин в точности повторяла британский оригинал, отличаясь лишь вооружением, состоявшим из 37-мм пушки ПС-1 в правой башне и 7,62-мм пулемёта ДТ-29 в левой. В ходе производства сразу выявился ряд серьёзных проблем, при этом, хотя конструкторское бюро с самого начала работ неоднократно предлагало ввести в конструкцию доработки, направленные на упрощение технологии изготовления, все эти попытки пресекались высшим руководством. Больше всего проблем приносил двигатель танка, который, несмотря на кажущуюся простоту, требовал более высокой культуры производства, чем мог обеспечить советский завод — первое время считалось нормальным, если брак по двигателям составлял до 65%. Кроме этого, Ижорскому заводу, поставлявшему корпуса танков, поначалу не удавалось из-за высокого процента брака наладить производство 13-мм бронелистов, в результате чего на значительной части корпусов вместо них применялись 10-мм. Но и 10-мм листы на поставляемых корпусах имели многочисленные сквозные трещины и из-за низкого качества первоначально на испытаниях пробивались 7,62-мм винтовочной бронебойной пулей с дистанции 150—200 метров. До ноября корпуса танков выпускались со сборкой полностью на болтах и винтах, чтобы обеспечить замену бронелистов кондиционными. В итоге, на танках установочной партии двигатели фактически не работали и передвигаться танки могли лишь при перестановке на них импортного двигателя с эталонного В-26.

 

Серийное производство двухбашенных танков

В августе 1931 года началось изготовление первой серийной партии из 15 танков, отличавшихся от предсерийных башнями увеличенной высоты со смотровыми лючком и щелями в верхней части, более приспособленными для производства на доступном оборудовании. Но и на этих танках двигатели оказались неработоспособны, и добиться движения серийных танков своим ходом удалось только осенью того же года. Спешка с освоением производства привела к тому, что на заводе до 1934 года не было точно установленного технологического процесса, а стоимость танков почти вдвое превышала стоимость изготовленных в Великобритании В-26. К концу 1931 года были изготовлены 120 танков, но из-за низкого качества ни один из них сдать военной приёмке поначалу не удавалось. Лишь после длительных переговоров армия согласилась принять, по разным данным, 88 или 100 танков, причём 35 из них условно, так как они имели корпуса из неброневой стали. Причём и на этих танках двигатели заводу было предписано заменить, так как при работе под нагрузкой они «издавали множественные посторонние шумы и испытывали перебои».

Такая ситуация привела к возобновлению работ над Т-19 и ТММ, а также созданию упрощённого малого танка Т-34, с помощью которого предлагалось компенсировать численную нехватку танка сопровождения в случае угрозы войны. Тем не менее, принятый в сентябре 1931 года план, предусматривавший выпуск 3000 Т-26 в 1932 году, скорректирован не был даже после того, как стала ясной неспособность СТЗ присоединиться в то время к производству. Лишь в феврале 1932 года Комитет обороны разрешил заводу вносить в конструкцию танка любые изменения, которые «не снижали бы боевых качеств и способствовали увеличению выпуска». Кроме того, для лучшей организации работ танковое производство на заводе «Большевик» было с февраля выделено в отдельный завод № 174. Число предприятий-смежников к концу 1932 года достигло пятнадцати, в их число входили: Ижорский завод (броневые корпуса и башни), «Красный Октябрь» (коробки передач и карданные валы), «Красный путиловец» (ходовая часть), «Большевик» (полуфабрикаты двигателей) и Завод № 7 (котельно-жестяные изделия). Кроме того, к производству двигателей планировалось привлечь НАЗ и АМО. На ряде из них с производством столь сложных узлов возникли проблемы, в результате чего сроки поставок комплектующих затягивались, а процент брака, по докладу директора завода № 174 К. Сиркена от 26 апреля, доходил до 70—88 % по двигателям и 34—41% по корпусам. В результате всего этого план производства танков вновь был сорван: к июлю сдан армии был лишь 241 танк в дополнение к принятым в 1931 году, а всего до конца года заводу удалось изготовить, по разным данным, 1341 или 1410 танков, из которых предъявлен к сдаче был 1361, а приняты только 950.

Конструкция танка в ходе производства постоянно совершенствовалась. Помимо ввода новых башен, в 1931 году двигатель был отодвинут к корме, чтобы обеспечить ему лучшие условия работы, а с начала 1932 года были введены новые топливный и масляный баки, а с 1 марта того же года на Т-26 начали устанавливать короб над решёткой воздуховывода, защищавший двигатель от попадания осадков. С. Гинзбург также предлагал в марте 1932 года перейти на наклонную лобовую деталь корпуса, что позволило бы повысить как технологичность, так и защищённость танка, но эта инициатива поддержана не была. В январе — марте 1932 года была выпущена партия из 22 машин со сварными корпусами, но из-за отсутствия производственной базы в тот период сварка распространения не получила. Тем не менее, в 1932—1933 годах постепенно начала внедряться сварка в конструкции корпусов и башен, при этом параллельно могли выпускаться корпуса как цельноклёпаной и цельносварной конструкции, так и смешанные клёпано-сварные. На корпуса, независимо от конструкции, могли устанавливаться как клёпаные или сварные, так и смешанной конструкции башни, причём на один танк порой попадали башни разных типов. С сентября 1932 года была усилена бронезащита танка заменой 13-мм бронелистов на 15-мм.

Параллельно выпускались два варианта танков — с пулемётным вооружением и с пулемётно-пушечным, состоявшим из пулемёта ДТ-29 в левой башне и 37-мм пушки в правой. Пулемётные танки в конце 1932 года начали выпускаться с шаровыми установками для новых пулемётов ДТУ, но поскольку последние были вскоре сняты с производства, танки этих серий оказались безоружными и на них в дальнейшем пришлось заменить лобовые листы башен на подходящие для установки старых ДТ-29. На пушечных танках устанавливались 37-мм пушка Гочкиса или её модифицированный советский вариант «Гочкис-ПС», но выпуск этих орудий сворачивался и для вооружения Т-26 пришлось демонтировать пушки с выводившихся из боевых частей Т-18 и даже F.T.. Ещё на этапе подготовки к производству Т-26 предполагалось вооружить его более мощной 37-мм пушкой ПС-2, но опытные образцы последней так и не были доведены до работоспособного состояния. Кроме того, ПС-2 имела бо?льшие по сравнению с ПС-1 размеры казённой части и длину отката и на Т-26 предполагалось устанавливать её в средней башне от опытного в то время танка Т-35. Другой альтернативой стала пушка Б-3, полученная наложением ствола противотанковой пушки фирмы «Рейнметалл» на ложе ПС-2. Работы по ней шли более успешно, но кроме того, из-за меньших размеров Б-3 могла устанавливаться в штатной пулемётной башне. Испытания пушки в танке осенью 1931 года прошли успешно, но производство Б-3 разворачивалось намного медленней, чем ожидалось и на Т-26 они попали лишь в незначительном количестве, а с лета 1932 года все производимые орудия этого типа должны были поступать на вооружение танков БТ-2. В конце 1933 года по предложению М. Тухачевского прорабатывалась установка в одной из башен танка 76-мм безоткатной пушки конструкции Л. Курчевского, но проведённые 9 марта 1934 года испытания показали ряд недостатков такого орудия — общая недоведённость конструкции, неудобство заряжания на ходу, образование позади орудия при выстреле струи раскалённых газов, опасной для сопровождающей пехоты — в результате чего дальнейшие работы в этом направлении были прекращены.

Для лучшей организации танкового производства приказом Наркомтяжпрома от 26 октября 1932 года был образован трест специального машиностроения в составе заводов № 174, № 37, «Красный Октябрь» и ХПЗ. После ознакомления с положением дел на заводах, руководство треста обратилось к правительству СССР с предложением о снижении программы по выпуску танков. Предложение было поддержано и по утверждённому на 1933 год плану завод № 174 должен был выпустить 1700 танков, а основное внимание должно было быть направлено на повышение качества выпускаемых машин. Но эти планы были скорректированы началом выпуска однобашенного варианта Т-26 в середине 1933 года. Хотя М. Тухачевский выступал за продолжение выпуска двухбашенных пулемётных машин, как наиболее подходящих для сопровождения пехоты, и первое время оба варианта танка выпускались параллельно, однобашенный Т-26 к концу года вытеснил своего предшественника в производстве, а планы выпуска двухбашенного варианта на 1934 год были скорректированы в пользу выпуска специализированных вариантов, таких как огнемётные/химические танки. Всего в войска поступило, по разным данным, 1626 или 1627 двухбашенных Т-26, из которых пушечно-пулемётное вооружение имели около 450, в том числе около 20—30 машин были вооружены пушками Б-3.

Переход к однобашенному танку

Хотя из предложенных «Виккерс-Армстронг» вариантов Mk.E для серийного производства в СССР был отобран только двухбашенный пулемётный, ещё в 1931 году С. Гинзбург добился выделения финансирования на создание «танка-истребителя» с вооружением из 37-мм пушки «большой мощности» и 7,62-мм пулемёта в спаренной установке, размещавшихся в одиночной конической башне от танка «Т-19 улучшенный». Но реально работа над однобашенным Т-26 началась лишь в 1932 году. Освоение сборки конической башни из криволинейных бронелистов представляло сложности для советской промышленности, поэтому первая башня такого типа, созданная Ижорским заводом к весне 1932 года и предназначавшаяся для танка БТ-2, имела цилиндрическую форму. Аналогичную башню предполагалось устанавливать и на вариант «танка-истребителя» Т-26. На испытаниях клёпаного и сварного вариантов башни предпочтение было отдано первому, который был рекомендован для принятия на вооружение после доработки выявленных недостатков и добавления в кормовой части ниши для установки радиостанции. Для проведения войсковых испытаний Ижорский завод должен был изготовить партию из 10 башен, по разным данным, с октября 1932 или с 21 января 1933 года.

Пока шли работы над башней, решался также вопрос о вооружении танка. 37-мм пушка Б-3 в сентябре — октябре 1932 года прошла испытания в новой башне и была рекомендована к принятию на вооружение. Но в мае 1932 года на замену 37-мм противотанковым орудиям была принята 45-мм пушка обр. 1932 г., ставшая также кандидатом на вооружение танков. По сравнению с 37-мм пушкой, 45-мм имела близкую бронепробиваемость, но намного более эффективный осколочный снаряд с в разы большим зарядом взрывчатого вещества. Это давало возможность использовать новый танк не только в роли специализированного истребителя, но и заменить им двухбашенный вариант, в роли универсального танка для поддержки пехоты. В начале 1933 года конструкторским бюро завода № 174 была разработана спаренная установка 45-мм пушки и пулемёта, в марте 1933 года успешно прошедшая заводские испытания. Основной выявленной проблемой являлись частые отказы полуавтоматики орудия, приводившие к необходимости ручного разряжания, что значительно снижало скорострельность. В феврале — марте 1933 года были проведены сравнительные испытания Б-3 и 20К, на которых оба орудия показали сходные результаты, за исключением продолжавшихся отказов полуавтоматики у 45-мм пушки. Тем не менее, уже весной 1933 года было принято решение о принятии на вооружение однобашенного Т-26 с 45-мм пушкой. Но двухместная башня Ижорского завода была сочтена излишне тесной и в конструкторском бюро завода №174 были разработаны несколько вариантов увеличенного объёма, из которых руководством УММ РККА была выбрана цилиндрическая уравновешенная башня клёпано-сварной конструкции, с развитой кормовой нишей овальной формы, образованной продолжением бортовых листов.

Согласно изданному в декабре 1932 года постановлению Комитета обороны, производство однобашенного танка должно было начаться с 1601-го серийного Т-26. Никаких сложностей с переходом на однобашенный танк не ожидалось и планировалось начать его производство уже с весны 1933 года, но из-за задержек с поставками пушек и оптических прицелов к нему приступили только летом. Помимо производства Т-26 с башнями конструкции завода № 174, выпускавшимися на Ижорском и Мариупольском заводах, какое-то количество танков получило и башни первого варианта с малой кормовой нишей. По одним данным, была изготовлена единственная партия таких машин с башнями опытной партии Ижорского завода, числом не более 10—15 единиц, по другим же — некоторое, но также незначительное, количество Т-26 получили башни танкового типа из числа 230, изготовленных Мариупольским заводом для танков БТ-5. С самого начала производства однобашенного Т-26 конструкторам завода №174 пришлось разрешать ряд проблем. Одной из них было то, что надёжной работы механической полуавтоматики пушки 20К добиться так и не удалось — согласно докладу директора завода №8, летом полуавтоматика давала до 30% отказов, а в зимнее время — «сплошные отказы». Для устранения этого, специальным конструкторским бюро завода №8 была введена новая полуавтоматика инерционного типа и изменены противооткатные механизмы. Доработанные механизмы орудия при стрельбе осколочными снарядами работали только как ? автоматики, обеспечивая полуавтоматическую стрельбу только бронебойными снарядами, но на испытаниях число отказов сократилось до 2%. Серийное производство такой пушки, получившей обозначение «обр. 1932/34 гг.», началось в декабре 1933 года и вплоть до окончания производства Т-26 она без значительных изменений составляла его основное вооружение.

Другой проблемой был двигатель Т-26, мощность которого, составлявшая в то время 85—88 л.с., представлялась недостаточной из-за всё возраставшей массы танка, с переходом на однобашенную модификацию увеличившейся ещё на тонну. Осенью 1932 года фирма «Виккерс-Армстронг» предложила советской стороне свой модернизированный вариант двигателя мощностью 100 л.с., но после изучения его технического описания специалистами завода № 174 было предложено провести аналогичную модернизацию двигателя своими силами. Ожидалось, что установка нового карбюратора позволит поднять мощность двигателя до 95 л.с., однако испытания опытной партии модифицированных двигателей показали их низкую надёжность. Добиться удовлетворительной работы двигателя удалось лишь в мае 1933 года, дефорсировав его до 92 л.с. С 1933 года заводом №174, а впоследствии Опытным заводом велась разработка для Т-26 карбюраторного двигателя воздушного охлаждения МТ-4 мощностью 200 л.с., а также двухтактному или четырёхтактному дизельному двигателю ДТ-26 мощностью 95 л.с., но производство их начато так и не было, хотя моторное отделение танка с 1934 года было несколько изменено для возможности установки дизеля.

Продолжалось и развитие танка по другим направлениям. Так как 45-мм пушка при стрельбе создавала недопустимую концентрацию углекислого газа в танке, с 1934 года был введён вентилятор в правой части крыши боевого отделения. В 1935—1936 годах был окончательно совершён переход к сварным корпусам, а трудоёмкая в изготовлении сварная маска орудия была с 1935 года заменена штампованной. Из планировавшихся мер по повышению подвижности, помимо разработки нового двигателя включавших совершенствование КПП и бортовых передач, удалось осуществить только увеличение запаса хода, разместив в моторном отделении дополнительный топливный бак. Был введён и ряд других изменений, направленных на снижение стоимости производства и повышение эксплуатационной надёжности. С конца 1935 года на Т-26 начала устанавливаться дополнительная шаровая установка с пулемётом ДТ-29 в кормовом листе башни, а часть пулемётов начали оборудовать оптическими прицелами вместо диоптрических. В конце 1935 года для танка была разработана шкворневая зенитная пулемётная установка всё с тем же ДТ-29, но по результатам испытаний в войсках она была сочтена неудобной и в серийное производство не пошла. Помимо этого, с 1935 года, из расчёта на каждый пятый танк, Т-26 для ведения боевых действий ночью начали оборудоваться двумя закреплёнными на маске орудия фарами-прожекторами — так называемыми «фарами боевого света».

Выпуск Т-26 прекратили в первой половине 1941 года, но в июле — августе 1941 года в Ленинграде достроили около сотни машин из неиспользованного задела корпусов. Всего Красная Армия получила более 11000 легких танков Т-26 двадцати трех модификаций, включая огнеметные (тогда называвшиеся «химическими») и саперные (мостовые).

Модификации

  • Т-26 образца 1931 г. — линейный танк, двухбашенная версия с пулемётным вооружением;
  • Т-26 образца 1932 г. — линейный танк, двухбашенная версия с пушечно—пулемётным вооружением (37-мм пушка в одной из башен и пулемёт в другой);
  • Т-26 образца 1933 г. — линейный танк, однобашенная версия с цилиндрической башней и 45-мм пушкой. Самый массовый вариант.
  • Т-26 образца 1938 г. — линейный танк, однобашенная версия с конической башней и сварным корпусом.
  • Т-26 образца 1939 г. — вариант Т-26 образца 1938 года с усиленным бронированием. Также установлена улучшенная коническая башня и подбашенная коробка с наклонными стенками.
  • Т-26РТ — двухбашенный танк с радиостанцией 71-ТК-1 (1933), выпущено 96 машин.
  • Т-26ТУ — командирская версия с радиостанцией.
  • Т-26A — танк артиллерийской поддержки. Установлена новая, более просторная башня Т-26-4 с короткоствольной 76-мм танковой пушкой. Произведено несколько опытных образцов.
  • OT-26 — огнемётный танк, вооружение располагалось в одной малой башне.
  • OT-130 — огнемётный танк, вариант модели 1933 года, огнемёт установлен в цилиндрической башне вместо орудия.
  • OT-133 — огнемётный танк, вариант модели 1938 года, огнемёт установлен в конической башне.
  • OT-134 — огнемётный танк, вариант модели 1939 года. Вооружение: 45-мм танковая пушка 20K образца 1932/38 гг., огнемётная установка в корпусе, 2 пулемёта ДТ, выпущен опытный образец.

Последняя модификация танка имела бронирование 20 мм и 45-мм пушку образца 1938 г. и коническую сварную башню. Танков с конической башней было изготовлено 1975 единиц.

 

Эксплуатация и боевое применение

Наряду с БТ Т-26 составляли основу советского танкового парка перед Великой Отечественной войной и в её начальный период. Участвовали в конфликтах с Японией (включая боевые действия на озере Хасан и на реке Халхин-Гол), в гражданской войне в Испании, в Советско-финской войне, в Польской кампании, в Великой Отечественной войне.

Следует отметить, что танки типа Т-26 в своё время были популярны, но отсутствие координации в танковых частях (порой в танке просто не было рации) и тихоходность Т-26 делали его лёгкой добычей для танков противника. Но было несколько приёмов, характерных именно для Т-26, которые превращали его в мясорубку на передовой. Вот что известно из хроник: «Танки Т-26 снабжённые двумя башнями использовались как танки огневой поддержки пехоты. Длина (колесной) базы была около 2 метров. Ширина окопов пехоты была около 50—70 см. Это позволяло использовать Т-26 в первой линии атаки и зачищать окопы противника. Танк вставал на окоп, разворачивал башни под 90 градусов к курсу, так чтобы правая башня прикрывала правый бок танка, аналогично для левой. Потом пулемётчики вели плотный прицельный огонь по пехоте, простреливая весь окоп одной очередью.»

Одним из существенных недостатков двухбашенных моделей было то, что стрелки правый и левый периодически мешали друг другу вести огонь. С появлением противотанковых ружей применение Т-26 стало более рискованным. Броню на последних моделях сделали толще и поставили под более острым углом (считалось, что это способствует рикошету пуль и снарядов, что далеко не всегда выручало). У однобашенных Т-26 сварная башня была смещена влево. Орудие и пулемёт монтировались в спаренной установке, защищённой бронемаской. Часть танков получила дополнительный пулемёт в кормовой нише башни, который также мог устанавливаться в качестве зенитного на турели командирского люка башни. Но после модернизации танк стал тяжелее (броня толще) и незначительно потерял в скорости. При этом бронирование танка оставалось противопульным. Несмотря на слабую бронезащиту, танк был живуч из-за того, что двигатель и баки располагались в кормовом отделении за выгородкой. У этого танка был рекордный для того времени боезапас — 230 37-мм снарядов, как бронебойных, так и зажигательных.

Тактико-технические характеристики

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.